Встреча с необъяснимым. Страшный случай, который уже не забудешь
История, произошедшая с Нинель Родригес.
С юных лет у меня было интересное и весьма полезное увлечение. Но после одного странного, до сих пор необъяснимого происшествия, во время которого я пережила сильнейший шок, пришлось навсегда отказаться от своего любимого хобби.
Ещё малой девчонкой мне нравилось ездить с родителями в известный нам сосновый бор и собирать там лесные дары. Когда стала взрослой, увлечение тихой охотой, то есть сбором грибов, не прошло. Наоборот, теперь к этой увлекательной деятельности подходила с хорошим багажом знаний и многолетним опытом.
Обнаружила среди подружек единомышленницу — Ольгу, с которой много лет подряд мы ездили по пригородным лесам и обеспечивали себя на зиму хорошими домашними заготовками из ягод и маринованных грибочков.
Сложился у нас, так сказать, круг любимых «угодий», о местоположении которых мы никому не рассказывали. Зато всегда наверняка знали, где и когда толстоногих белых взять, где сырых груздей «накосить», а куда золотой осенью за опятами податься.
Но шестнадцать лет назад в одном тенистом бору произошло с нами, точнее — со мной, что-то невероятное. Я в ту поездку так сильно испугалась, что с тех пор боюсь из города в лес выбираться.
Была у нас одна лесная традиция: когда расходимся между деревьями на поиск, то, чтобы не заплутать, периодически дуем в свисток. Это те, у кого горло лужёное, пусть себе «А-у-у-у» кричат, связки надрывают. А мы тот же результат с наименьшими усилиями достигали.
И вот как-то раз в субботу отправились в сосновый бор за пузатенькими боровиками. День был пасмурный, но синоптики дождя не обещали. По приезде на место, как у нас было принято, возле опушки положили на пенёк угощение для Лесовика, попросили разрешение побыть в его угодьях и собрать лесных даров, пообещали не жадничать. После этого обязательного ритуала с лёгким сердцем углубились в чащу. Идём друг от друга на небольшом расстоянии, изредка посвистываем.
С юных лет у меня было интересное и весьма полезное увлечение. Но после одного странного, до сих пор необъяснимого происшествия, во время которого я пережила сильнейший шок, пришлось навсегда отказаться от своего любимого хобби.
Ещё малой девчонкой мне нравилось ездить с родителями в известный нам сосновый бор и собирать там лесные дары. Когда стала взрослой, увлечение тихой охотой, то есть сбором грибов, не прошло. Наоборот, теперь к этой увлекательной деятельности подходила с хорошим багажом знаний и многолетним опытом.
Обнаружила среди подружек единомышленницу — Ольгу, с которой много лет подряд мы ездили по пригородным лесам и обеспечивали себя на зиму хорошими домашними заготовками из ягод и маринованных грибочков.
Сложился у нас, так сказать, круг любимых «угодий», о местоположении которых мы никому не рассказывали. Зато всегда наверняка знали, где и когда толстоногих белых взять, где сырых груздей «накосить», а куда золотой осенью за опятами податься.
Но шестнадцать лет назад в одном тенистом бору произошло с нами, точнее — со мной, что-то невероятное. Я в ту поездку так сильно испугалась, что с тех пор боюсь из города в лес выбираться.
Была у нас одна лесная традиция: когда расходимся между деревьями на поиск, то, чтобы не заплутать, периодически дуем в свисток. Это те, у кого горло лужёное, пусть себе «А-у-у-у» кричат, связки надрывают. А мы тот же результат с наименьшими усилиями достигали.
И вот как-то раз в субботу отправились в сосновый бор за пузатенькими боровиками. День был пасмурный, но синоптики дождя не обещали. По приезде на место, как у нас было принято, возле опушки положили на пенёк угощение для Лесовика, попросили разрешение побыть в его угодьях и собрать лесных даров, пообещали не жадничать. После этого обязательного ритуала с лёгким сердцем углубились в чащу. Идём друг от друга на небольшом расстоянии, изредка посвистываем.