Катабазис странствий Герды. Почему в оригинале сказки "Снежная Королева" никогда не было антагониста?
Пожалуй, главный вопрос, который возникает у каждого при прочтении сказки или просмотре ее экранизаций по мотивам, — кем приходятся друг другу Кай и Герда и какого они возраста? Согласно одной версии, они — соседи, что живут на верхних этажах в рядом стоящих домах, ходят друг другу в гости по некоему желобу (мостику), вместе выращивают розы и дружат с детства. По другой версии, Кай — приемный ребенок бабушки Герды, что делает главных героев братом и сестрой, по третьей — они дети стекольного мастера, что создавал волшебные зеркала вместо тролля. А как в оригинале текста на датском? Всё просто: Кай и Герда там — не родственники, а живущие по соседству в домах напротив малолетние дети из бедных датских семей 19-го века. Причём у каждого из них есть свои родители, но чаще них в сюжете показана только бабушка. Из всех развлечений у Кая и Герды — не игрушки, а бабушкины сказки да выращивание роз в небольшом саду на чердаке. Причем цвет роз заметно отличается: в книге это нежно-розовые бутоны (символ дружбы), а в мультфильме 1957 года — красные и белые, прям как в сказке Братьев Гримм про Беляночку и Розочку, где красные розы служили символом всепобеждающей любви, а белые — нравственной чистоты души. Вообще, в сказках Андерсена розы — это олицетворение либо внешней красоты, как в сказке про Русалочку, либо личных качеств главных героев, как в случае с Каем и Гердой. Так, Кай в самом начале истории показан как добросердечный, весёлый и игривый мальчик, который глубоко ценит свою дружбу с Гердой, а сама Герда — как наивная девчушка, но в то же время верная и преданная подруга Кая.
Трансформация характеров главных героев происходит по мере развития сюжета «Снежной Королевы». И в сказке есть один момент, значительно отличающий ее от многочисленных экранизаций, — осколки зеркала поражают Кая не зимой, а уже в разгар весны, когда в саду у детей пышно расцвели розы. А сама Снежная Королева является лично уже на следующую зиму. Переводчики сказки удалили из сюжета и эпизоды, в которых вместо обычных песен, как в фильме «Тайна снежной королевы», андерсеновские Кай и Герда распевали рождественские гимны: «Роза в долине цветет так сладко, И ангелы спускаются туда, чтобы поприветствовать детей». «Розы цветут — красота, красота! Скоро узрим мы младенца Христа!».
О Снежной Королеве рассказывает Каю и Герде именно бабушка, поэтично сравнивая снежинки с пчелиным роем. Почему Королева положила глаз на мальчика? Андерсен нам не объясняет, однако причиной этому стал невинный вопрос испугавшейся Герды: «Может ли войти к нам Снежная королева?». «Только дайте ей войти!» — воскликнул расхрабрившийся Кай. — «А потом я посажу ее на печь, и она растает!». Такие хвастливые слова несмышлёного ребёнка вполне могли вывести владычицу зимы из себя. И отсюда следовала бы явная мораль — не смей насмехаться над божеством! Да-да, Снежная Королева в оригинальной истории Андерсена вовсе не злая колдунья, какой ее принято считать! Прежде всего, она — аналог славянского Морозко или Юкки-Онны из японского фольклора, которая также повелевает вьюгами, рисует узоры на окнах и замораживает людей, но не посохом, а поцелуями! Но на этом полномочия Королевы не заканчиваются. Сначала она только наблюдает за Каем, но исподтишка, и не через окно, как в советских фильмах, а через снежинку, которая упала прямо на чердак, и Кай заметил, что эта снежинка была больше остальных, прекрасна и нежна, созданная из ослепительного, сверкающего льда. Глаза Снежной Королевы смотрели пристально на мальчика через снежинку, напоминая две звезды. Королева кивнула в сторону окна и поманила Кая рукой, но он испугался и спрыгнул со стула. Также мальчику показалось, что в тот момент мимо окна пролетела большая птица. А вот когда осколки зеркала Тролля попали Каю в глаза и в грудь, причиняя боль и обжигая сильнее пламени, Снежной Королевы ещё на тот момент не было. Зато характер мальчика стремительно начал меняться — он стал раздражительным, упрямым, отстранённым и, наконец, жестоким.
Ничто не доставляло ему прежнего удовольствия, радость сменилась апатией, да и вместо роз, которые теперь казались мальчику уродливыми, и Кай в ярости вырвал цветы с корнями (!), особое внимание привлекли снежинки. Они были правильной формы, симметричны, подобные звёздам, и посему воспринимались как истинное совершенство. Точно такое же отношение сложилось у Кая и к Снежной Королеве, когда он ушел гулять с ребятами на рыночную площадь, решил поразвлечься, привязав сани к проезжающей мимо телеге, а назад потом и не вернулся. Королева даже не пожурила мальчика за шалость, а усадила рядом с собой, укрыв медвежьим мехом, и дважды поцеловала его: в первый раз — чтоб Кай не умер от обморожения, а во второй — чтоб он забыл и таблицу умножения, и молитву Господню («Отче наш», упомянутую в оригинале сказки), и бабушку с Гердой. Современным читателям становится еще более непонятно, почему и, главное, зачем Снежная королева увезла мальчика? По сути, она фактически украла чужого ребенка! Сюжет сказки Андерсена в данном контексте все более неясен. Обратите внимание на то, как ведут себя персонажи в этой истории — Снежную Королеву никто толком не видел, не мог дать никаких сведений насчет того, куда пропал Кай. Ребята, с которыми он играл, не формируют поисково-спасательный отряд вроде «Лиза Алерт», убитые горем родственники мальчика не бегут в близлежащий полицейский участок и не вешают на столбах ориентировки с фотографиями и описанием внешности ребёнка, даже тревогу по всему городу никто не бил! В конечном итоге на поиски Кая пустилась одна только Герда, как проворонившая брата девочка из «Гусей-лебедей», Элизабет (Элиза) из «Диких лебедей» или Богданка из «Семи Воронов», дабы спасти своих братьев и избавить их от проклятия (а конкретно — от трансформации в птиц).
Все остальные действующие лица словно померкли, даже бабушка ещё спала на тот момент, когда Герда одна ушла из дома, чтобы отыскать названного братца и товарища по играм. Горожане единодушно воспринимали Кая почему-то исключительно ПОГИБШИМ и утонувшим в близлежащей реке. Подобно обращающемуся за помощью к светилам небесным и ветру Королевичу Елисею из пушкинской «Сказки о мёртвой царевне», Герда в отчаянии обратилась к Солнцу и Ласточкам, говоря о смерти Кая, но те её отрицали. Это дало девочке призрачную надежду на лучший исход, и она стала общаться ещё и с рекой (в сказках такое — обыденное явление, а не признак сумасшествия). Примечательно, что, отправляясь в путь, Герда надела красные башмачки — те самые, которые позже фигурировали в другой сказке Андерсена, и бросила их в реку, дабы получить ответ, забрала ли она Кая себе. Но поток воды вернул обувь обратно.